Кнырович: «Можете представить себе переписку в X между Турчиным и Лукашенко на тему, кто более легитимный? А юморные посты от Кочановой?»

— Беларуский чиновник не улыбается. Никогда, — пишет Александр Кнырович.

Мэр Варшавы Рафал Тшасковский опубликовал в фейсбуке фото – как выглядит сейчас министерская парковка на одной из площадей города и в какой зеленый сквер ее скоро превратят. Пост набрал 15 000 лайков и 3000 комментариев. Разных, в том числе и очень критических.

Подписчиков у него в этой сети более 900 000, аккаунт ведется очень активно – пишут, что ведет сам. Это инструмент прямой связи с горожанами.

Вы знаете аккаунт в соцсетях главы Мингорисполкома Кухарева Владимира Евгеньевича? Как ему написать? Я не нашел. Зайдите на сайт Мингорисполкома. Там есть раздел «Обращения граждан». Форма. Часы приема. Никаких соцсетей. Все так серьезно, как в СИЗО КГБ, какие уж шутки.

Аккаунт президента Польши я нашел. Премьера Польши – тоже. Они там шутят регулярно и троллят друг друга (публикуют, конечно, и очень серьезные новости).

Например, глава правительства Дональд Туск написал в X саркастически: «Чтобы стать президентом, недостаточно выиграть выборы» – явный укол в адрес оппонента. Глава государства Кароль Навроцкий ответил не менее остро. Два лидера страны публично перепираются в соцсетях – и никто не падает в обморок. Это норма. Живые люди.

Аналогичная ситуация и в Литве. Бывший премьер Ингрида Шимоните известна тем, что ведет соцсети сама и позволяет себе шутить. Однажды во время официального визита в Лондон она прошла мимо двери резиденции британского премьера на Даунинг-стрит. Позже рассказала об этом сама и с юмором: мол, Даунинг-стрит выглядит иначе, чем на фотографиях, шла к входу, отвлеклась на молодую женщину у забора и прошла мимо.

Это разошлось по всем литовским СМИ. Человек у власти смеется над собой, над своими ошибками публично — и это только добавляет ей рейтинга.

Можете представить себе переписку в X между Александром Турчиным и Александром Лукашенко на тему, кто более легитимный? А юморные посты от Натальи Кочановой? О том, как она «промахнулась»? Смех она, конечно, вызывает регулярно, но только шутит не она – смеются над ней.

Единственный чиновник, который позволяет себе шутить — это сам Лукашенко, но юмор его откуда-то из заводских курилок 1980-х.

Ну а что так? По какой причине все, реально все беларуские чиновники такие серьезные и такие закрытые?

Все просто, улыбка – это, конечно, опасность, это уязвимость.

В системе, где все контролируется сверху, любое живое слово — это риск. Пошутил неудачно — значит, несерьезный. Написал что-то свое, личное, в соцсети — значит, выделяешься. Ответил на критику — значит, оправдываешься.

А вот промолчал – значит, все в порядке. В такой логике самая безопасная позиция – прятаться, молчать, не отсвечивать публично, ходить «ниже радаров».

Это не личная особенность Кухарева или Кочановой. Это исключительно рациональное поведение внутри системы, способ выживания.

Чиновник любого уровня в Беларуси – не публичная фигура, которая отвечает перед избирателями. Его никто не избирал (как и депутатов всех уровней). Вернее избирал, но это такие специфические выборы, когда один избиратель выбирает всех, а не наоборот.

Чиновник — назначенец, он отвечает только перед этим единственным избирателем, и публичный юмор тут совсем неуместен. А уж пара сотен тысяч подписчиков в соцсети, личная узнаваемость, а тем более популярность — это же прямой путь к опале.

Мэр Тшасковский пишет пост о парковке, рискует — и получает 15 000 лайков, потому что он избирался, он зависит от горожан, он им подотчетен. Ему важно лицом показывать результаты своей работы горожанам. Кухарев никому ничего не должен – кроме одного человека, того самого избирателя. Общение у них не в соцсетях. Там серые папочки, не лайки.

Отсюда и отсутствие аккаунтов. И это не техническая проблема и не вопрос возраста. В Беларуси 74% взрослых пользуются соцсетями – люди там давно уже всех поколений. Чиновников нет. Это политическая архитектура, ценз. Власть без обратной связи – это власть без лица. Так и задумано.

Тшасковский получает критику в комментариях и отвечает на нее. Потому что возможность критики — это часть договора с избирателем, основа доверия. Беларуский чиновник такого договора не заключал. Его не выбирали. Ему не нужно нравиться.

Когда-нибудь, когда беларуский чиновник заведет живой аккаунт, пошутит над собой и ответит на неудобный комментарий — возможно, это будет смешно, возможно — нет, но это будет означать, что система изменилась. И ей почему-то стало не все равно, что вы о ней думаете. Доживем ли? Надеюсь.