«Мамина сестра спросила: «А почему ты ее к себе не забрала?». Как будто дело в квадратных метрах»

Уход за мамой Татьяне (имя собеседницы изменено по ее просьбе — С.) понадобился в 2026 году. После госпитализации пожилая женщина стала фактически лежачей, а к букету хронических болячек добавилась деменция.

— Мы раньше никогда с таким не сталкивались, но насторожились. У мамы случались провалы в памяти, она забывала и по много раз спрашивала одно и то же. Прием лекарств контролировали по телефону. Потом она вообще перестала себе готовить — максимум, пойдет в магазин да купит колбасы. И хоть у нас с ней прежде были не очень хорошие отношения, пришлось взять все в свои руки.

Я была с ней неделю дома, когда она сильно заболела, ухаживала. Потом ее положили в больницу на две недели, но внезапно доктор звонит гораздо раньше: мол, забирайте. А куда?

Речь не о жилплощади, конечно, а о круглосуточном уходе. Потому что еще в больнице она могла встать посреди ночи и пойти куда-то гулять сама себе. Иногда становилась агрессивной, не хотела принимать лекарства, вызывала даже милицию на санитарок, с некоторыми чуть ли не дралась. Хотя они отзывчивые, меняли памперсы ей каждый день, и ночью я просила кого-то подходить.

В общем, нужно было бросить работу и круглосуточно при ней находиться. Это непросто не только физически, но и морально. Потому что она вдруг вспоминала какие-то старые обиды, потом словно приходила в себя — до следующего раза. И нужно как-то гасить в себе, не реагировать на агрессию, видя, как близкий человек меняется.

Мы обсуждали варианты на семейном совете, искали сиделку сначала. Выяснилось, что по деньгам это примерно как пансионат, а приходит она два раза в день. И в стоимость почти ничего не входит — покормить и в магазин сходить. Но не готовить, не ухаживать. То есть, вообще не наш случай.

Но решиться на пансионат морально было очень сложно. Потому что все равно чувствуешь себя виноватым: это же твоя мама, а ты ее как будто бросаешь.

И далеко не все люди это понимают.

Мне кажется, многие просто привыкли страдать и «нести свой крест» — и как бы остальные тоже должны. Прямо, конечно, не говорят, но чувствуется, что осуждают. Например, родная мамина сестра спросила: «А почему это ты к себе ее не забрала, у тебя что, места нет?». Как будто дело в квадратных метрах.

Зато бывшая коллега, с которой мама периодически общалась, позвонила мне узнать новости, и единственная сказала: «Тань, ты большая молодец, что так поступила. Даже ни разу не сомневайся, правильно сделала. Иначе — нет жизни никому».

— А вариант государственного пансионата рассматривали?

— Нет. Насколько я знаю, государственные берут с 80 лет или при наличии инвалидности — у мамы ни того, ни другого. Ну, и условия другие совсем.

К тому же нам действительно нужно было срочно найти уход. А «срочно» — это не про госструктуры. Так что сразу искали частный.

Из маминой пенсии уходит на средства гигиены, лекарства, частично на оплату процентов 70, остальное доплачиваем мы. В среднем, как я смотрела, частные пансионаты от 1,8 до 2,5 тысяч, в зависимости от состояния здоровья человека, какой уход и помощь нужны, какие диагнозы. Вот у нас выходит в районе 2 тысяч.

— Насколько цены, на ваш взгляд, соответствуют ожиданиям?

— Нам, я считаю, повезло. Я почитала отзывы, съездила и посмотрела на условия — потому что нельзя же не глядя везти маму. И первый вариант мне совсем не понравился. Недалеко за городом, красиво все сделано. Но, во-первых, очень холодно, а во-вторых, это частный дом, довольно старый, с очень крутыми лестницами. На тот момент мама самостоятельно почти не передвигалась, эти условия не для нее. Была просто в шоке: куда бежать, что делать?

Буквально вечером стали с мужем искать что-то другое — и нашли место, в котором все совпало: и условия проживания, и то, как ухаживают, и как кормят.

Это тоже частный дом, двухэтажный. Маме предложили место на первом этаже, комнаты рассчитаны на двоих, максимум на троих. И видно, что все аккуратно, уютно, что ремонт делали. Туалет оборудован со всеми приспособлениями для инвалидов. Чисто очень. Представляете, что такое запах старости, когда много пожилых людей в одном месте? Там вообще нет этого.

Присмотр у них круглосуточный, еда хорошая. Как-то спрашиваю маму, что привезти, та говорит: колбасы бы. Администратор даже расстроилась: что ж она мне не сказала, я купила бы колбасы, какой хочется!

Кстати, там очень хорошая женщина-администратор. Она и родным все объясняет, и с бабушками этими, я бы сказала, правильно общается: шутит, терпеливо слушает, но и не сюсюкается.

Важно, что мы можем в любой момент приехать, навестить маму. Даже не нужно звонить. А в первом месте нам сказали, мол, прием каждый день в определенное время, с четырех до шести вечера. Такой пионерлагерь. Здесь — вообще нет.

Работники с пожилыми людьми гуляют часто, мама стала ходить с ходунками. Сахар меряют, если нужно, давление и температуру — каждое утро и вечер. Могут пригласить доктора на консультацию — то есть, не нужно человека никуда везти, дополнительный стресс ему создавать. Мы приглашали психотерапевта, когда закончились таблетки.

Татьяна говорит, что в итоге такой вариант стал для семьи лучшим выходом из ситуации — и по финансам, и по условиям, и по спокойствию для всех, включая саму маму.

— Хотя иногда приезжаем, а у нее случается истерика: забери меня домой, я что, тебе не нужна?! И опять такой виноватой себя чувствуешь, так тяжело на душе…

Но знаете, у одной моей родственницы за это время тоже началась деменция у мамы. Дочь забрала ее к себе. И когда мы это обсуждали, она просто умоляла: «Пожалуйста, кто бы что тебе ни говорил, если у вас есть такая возможность — только не забирай к себе. Ты не представляешь, какой это ад. Она все время хочет к себе домой, куда-то уходит, и нужно закрывать двери. Злится, потом обижается, как ребенок…».

То есть, люди, которые сами через это прошли — признаются, насколько им сложно, и поддерживают мой выбор.